Category: транспорт

Category was added automatically. Read all entries about "транспорт".

Посмотрела видеозапись вчерашнего взрыва автобуса в Воронеже

Вот он стоит, ждет пассажиров. Женщина бежит, боится опоздать - успела. Другая провожает куда-то сына-подростка, смотрит, как он заходит внутрь, наверное, говорит что-то напутственное типа "Доедешь - позвони", и спокойно поворачивается, что уйти, идет неторопливо в сторону камеры, и в этот момент - взрыв. Два человека погибло, трое в тяжелом состоянии, пятеро пострадали серьезно, но не смертельно, двоим досталось меньше... Но меня впечатлило то, как мгновенно к месту происшествия сбегаются со всех сторон молодые мужчины, и только один из них оказывается мудаком "фотографом".

Then and now - again

По телевизору взяли и показали "Адам женится на Еве". Там Таривердиев за белым роялем, сонеты Шекспира, дворцовые интерьеры, в ролях Герд, Калягин, Т.Васильева, и со всей силой молодости прекрасные Александр Соловьев и Елена Цыплакова. Обрушили, гады, мои планы прочитать сто страниц "Первобытного искусства".
А в ЖЖ sagittario грустит об уходящей натуре, посмотрев по "Культуре" "Театральные встречи" 77-го года.

Как-то я попадала на современные "Театральные встречи" по ТВ. Там, помнится, были Полицеймако, Гришаева и еще какие-то сериальные лица, целая толпа, люди, фамилии которых я никогда не узнаю. Истории, которые они рассказывали, были, возможно, не хуже, чем байки на старинных посиделках. Обычные такие актерские байки. Но... как бы это сформулировать... Вот когда сидят кружком старик Жаров, Плятт, Лебедев и травят о том, как кто-то кого-то разыграл в поезде, а ты видел лебедевского "Холстомера", и Плятта в "Дальше - тишина", а Жаров вообще ассоциируется со всей эпохой Петра Великого, - возникает ощущение, будто попал на чаепитие к небожителям: ого, они ездят на поездах; пьют чай; добродушно хохочут. Сплошные открытия! И потом, слыхали, как рассказывает Табаков? Лично я на седьмой минуте начинаю хотеть за него замуж, невзирая на все "уже" (и я уже замужем, и он уже умер). Когда нынешние говорят о всяком таком, интереса не возникает не потому, что их истории другого качества - истории, как истории,- но другого качества исполнители. Нет того контраста в моем восприятии рассказчика и его истории - они, эти нынешние, не больше своих рассказов, они именно что целиком умещаются в поездные байки про розыгрыши и смешные происшествия на корпоративах. Оттого и нелюбопытно слушать их.

Важная перемена

Летний кризис был не без последствий - переплавилась я в "горниле страсти" так, что самооформилась. Створки раковины со скрипом съехались. Появилась четкая граница "мое дело - не мое дело". Теперь, к примеру, мой дом - это вот мое дело, а дом свекров в деревне - вообще не мое дело, пусть хоть сгорит. Много что стало не моим делом, от малоимущести соседей до того, во что одевается старший сын и хорошо ли напишет домашку по русскому младший. Конечно, я выскажу свои пожелания и рекомендации, но уже не будет рваться сердце, когда их никто не послушает.
Есть еще категория "не мое дело, но делать надо, а делать некому". Ну там помочь старухе в автобус войти или полицию вызвать, когда на пустой улице кого-то убивают.

Не мое дело стало, кто что обо мне думает. Позвонит ли. Приедет ли в гости. Я приглашу, а приедет ли - не мое дело. Боже, как же легче стало жить!

Но. Всегда есть "но".

Вместе с вечным беспокойством, постоянными (пустыми) переживаниями ушла из меня какая-то легкость, готовность к улыбке, - я прямо чувствую, как у меня теперь все время опущены уголки рта. Кончилась молодость. Осень.

На весенних каникулах

...которые будто бы вот сейчас начались, мы с мамкой спонтанно сели в автобус, идущий до Владивостока, и решили - а чего там, махнем на океан. Билет до конечной, между прочим, стоил 24 рубля. И мы уже расплатились, но тут меня осенило. "А как же, - говорю, - обратно? это тоже неделя пути. Каникулы-то кончатся!". Пришлось отказаться от поездки. Самое фантастическое здесь не рейсовый автобус до Владивостока и даже не стоимость проезда, а то что согласной со мной спутницей нарисовалась мама.
А потом пришлось делать трахеотомию - Чехову чернильной ручкой. Он валялся в узком проулке Старой Риги, а я была невидимым ангелом.