engurevich (engurevich) wrote,
engurevich
engurevich

Categories:

Всех в армию

Говорят, повыродились все мужики к черту. Лет пятьдесят уже говорят, говорят, переходят на воинственный крик, после чего быстро скатываются к одинокому завыванию под луной. Потому что судьба всегда накажет того, кто не прав. А тот, кто говорит о вырождении мужиков — не прав. Мужественности в наших мужчинах хоть отбавляй. Просто надо уметь замечать и принимать ее. Тогда действительно захочется слегка отбавить.

Вот, скажем, манера наших мужчин разговаривать. Очень мужественная. И чем больше мужчин собираются поговорить между собой, тем мужественнее получается разговор. Особенно отчетливо это слышно в тишине ночных дворов, благо, сейчас лето. Достаточно трем нашим мужикам собраться в любом ресторане, и люди за соседними столиками уже через полчаса чувствуют, как на их головах отрастают пиратские треуголки, а интерьер семейного заведения переплавляется в обстановку портового притона. Сей мужественный говор присущ в равной степени и шоферам-рецидивистам, и топ-менеджерам – так говорят мужчины. О чем они говорят, нам подробно поведали в одноименном фильме: о том же, о чем и пятьсот лет назад — о женах, о любовницах, о лошадях. А пятьсот лет назад разве сетовали на вырождение мужчин? Ну вот видите — все по-прежнему. Какое там вырождение?
Если вырождение и имеет место, то где-то, где победило гендерное равноправие. Это у них мужчины, как запуганные кролики, не смеют сплошную пересечь, даже когда на прямой эфир опаздывают. Готовы рискнуть мужской честью, подвергнуться порицанию за непунктуальность из страха нарушить и получить. То ли дело наши орлы. Так и летают, так и летают. Оно, конечно, бывает, что и в кювет, но разве гусарское правило не гласит, что риск и шампанское — вещи сильно взаимосвязанные?
Кстати, о шампанском. Подверженные вырождению мужчины Северной Европы все сильнее разбавляют свой виски колой и содовой. Переходят на натуральные вина. Скоро, право, в декретный отпуск ходить начнут. А впрочем, в Швеции, кажется, уже и ходят. А наши соколики из «легкого» по-прежнему позволяют себе только пиво. А если жена не гонит на детскую площадку гулять отпрыска, то пиво — только после водки.
Кстати, о водке. Это для нашего мужика первое лекарство и от душевной боли, и от физической. Аспирин, пенталгин и стоматолог — это для хлюпиков. Посмотришь, как наши мужчины болеют, и узришь мужскую выдержку во всей красе. Лежит небритый богатырь на диване и стойко от лекарств отказывается — дескать, само пройдет. К стоматологу и к психиатру такого заманишь только изощренным обманом.
Ну что, кто-нибудь станет еще спорить, доказывать, что выродились и нету? Ну, вспомните тогда, каким дружным взглядом провожают мужчины на бензозаправке даму в спортивном автомобиле, у которой как на зло не получилось правильно стартануть. Мысли мужчин, смотрящих ей вслед, клубятся над их головами так явно, что можно прочесть: куда ж ты, баба, лезешь за руль?! Более мужскую мысль уж и не сочинишь.
Они думают, как мужчины, говорят, как мужчины, и действуют соответственно. А это, между прочим, тяжело. Это изматывает. Постоянное напряжение здоровья не прибавляет, знаете ли. Поэтому мужчин надо беречь. Заботиться и относиться с пониманием. А мы, женщины, ужасно непоследовательны. Мы только тем и занимаемся, что раздаем, по выражению замечательного мужика Романа Гари, «обещания на рассвете», которые затем не выполняем.
Смотрите сами.
Мама носится по детской площадке за шестилетним сыном с воплем «Сережа, надень шапочку, головку напечет!». Вообще-то уже восемь часов вечера, но материнская любовь не стесняется пустяками.
Мама с двумя объемными пакетами и четырнадцатилетним сыном заходит в салон автобуса. Расталкивает всех пакетами, расчищает проход к освободившемуся месту, усаживает сына и зависает над ним с поклажею.
Мама провожает двадцатилетнего сына в город на учебу и снабжает его десятилитровым бидоном борща. Горячее есть необходимо, а мальчик теперь приедет только через неделю. «Сережа, надень шапочку, головку напечет!».
Пока мы мамы, мы вьем для них гамаки из собственных волос и стоим с опахалами. Но когда мы не мамы, мы невзначай становимся удивительно требовательны. Вдруг формула «могуч, вонюч и волосат» перестает обозначать абсолютную мужественность. Мы, оказывается, не выносим агрессивной езды и презираем бытовой шовинизм. Нам хочется, чтобы мужественность проявлялась не только на лице при повышенной температуре тела, когда он лежит весь в подушках с малиновым чаем у изголовья. Хочется еще, чтобы он не визжал, как укушенный, если его машину немного поцарапали.
Пора все-таки становиться последовательными. Не бегать за ними по дому с едой, пока они маленькие. Не решать за них в пятом классе задачки. И в седьмом — не решать! Не мыть, не стирать, не подстригать ногти, пока, паразиты, сами не поймут, что это надо делать. А главное — всех в армию, всех. Кроме, конечно, Жени Кисина, ему и правда ни к чему. Тогда, глядишь, лет через пятьдесят и затихнут разговоры про вырождающихся мужиков.

Tags: салонные мысли
Subscribe

  • Le mot

    Приснились венецианские похороны. Широкий канал от бесконечного моря отделяла тонкая кромка чего-то, то ли суши, то ли каких-то металлических,…

  • Внезапно

    Последнее время снятся только архитекторы да Тихомиров. Сегодня всю ночь реконструировали дом, вплоть до газона. Третьего дня видела, как…

  • Перелом

    Уже несколько лет внутри меня кипит работа по обретению личностных границ и установлению в них моего собственного самоуправления. Видима, работа…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments