engurevich (engurevich) wrote,
engurevich
engurevich

Category:

Л.Паршин. Великий бал у сатаны. "Наука и жизнь", №10-1990. Окончание

Насколько Енукидзе помнят все, настолько Штейгера не знает никто. Десятки людей расспрашивал я, пытаясь зацепиться за кончик невидимой нити, но барона не помнили ни наши старые дипломаты, ни в театральном . мире, ни среди бывших работников ВОКСа - общества культурных связей с заграницей,-ни ветераны "Интуриста". Скорее с отчаянием, чем с надеждой перелистывал я старые справочники, как вдруг...
"Штейгер Б. С., Средний Кисловский пер., д. 1, кв. I",- серыми выцветшими буквами на желтой хрупкой бумаге. Это справочник "Вся Москва" за 1936 год. Его инициалы - Б. С.- частично совпадали с именем Борис, указанным господином Кеннаном. Хотя с тех пор прошло уже полвека, я все же поехал по этому адресу, всю дорогу с беспокойством думая о том, что на месте старого переулка найду теперь огромное железобетонное здание какого-нибудь министерства. Подъехав поближе, я сразу увидел его светящуюся громаду, но, к счастью, ошибся. Коробка стояла в стороне, а вниз уходил горбом настоящий прекрасный старый московский переулок. Дом и квартиру нашел сразу. Позвонил. Очень долго дверь не открывали, хотя я прекрасно чувствовал, что за ней кто-то стоит. Стоит и ждет второго звонка. Меня же от этого повторного звонка удерживала какая-то непонятная сила. Так мы и стояли, пока дверь, наконец, не открылась. На пороге возникла маленькая сморщенная, озадаченно разглядывавшая меня старушка.
- Здравствуйте. Можно видеть Штейгера? - бухнул я не задумываясь.
- А его давно уже нету,- ответила она без особого удивления.-Его расстреляли в 1935 году вместе с Ягодой.
- Вот это да!-сказал я тоже без особого удивления.- За что же?
- А он был шпион.

Из дальнейшего разговора с Прасковьей Григорьевной Куликовой - так звали старушку - выяснилось, что поселилась она в этой квартире в 1935 году, как раз в комнате Бориса Сергеевича Штейгера, после того, как тот "выбыл". О бывшем хозяине она почти ничего не знала, рассказала только, что жил он один, обслуживала его жившая в этой квартире служанка Таня, которая умерла в 1937 году. Все в квартире называли Бориса Штейгера "бароном". Он работал в НКВД у Ягоды, очень хорошо одевался, часто получал дорогие посылки из-за границы. Любил в шикарном халате расхаживать по длинному коридору квартиры, часто поговаривал: "Своей смертью я не умру".

Другая соседка, Валентина Дмитриевна Сорокина, рассказывала, что, по словам жившей в их квартире актрисы Дарьи Ивановны Кайдаш, Штейгер работал начальником "какого-то управления по искусству", доставал билеты на закрытые просмотры. Незадолго до ареста его поселили в номере "Националя", а сообщение о расстреле
напечатали в газете.

Было ясно, что эта информация, если так можно назвать кухонные разговоры, требует особенно тщательной проверки и что проверять ее чрезвычайно трудно. Прежде всего - где работал Штейгер? Если его не помнят люди, может быть, это имя сохранили документы? Самый верный шанс - домовые книги. Работники жэка как-то потупились и показали на угол: "Попробуйте..." Домовыми книгами оказалась серо-фиолетовая лапша, ногами набитая в три канцелярских шкафа. Тем не менее каждая "лапшинка" была осмотрена с двух сторон. Увы. Не оправдали надежд и справочники "Вся Москва", где обычно рядом с фамилией указывалось в скобках и место работы. Имя Штейгера встречалось, но место его работы ни разу. Это было тем более странно, что в справочниках даже для государственных деятелей указывались домашний адрес и место работы. Исключение составляли, вероятно, пенсионеры, люди свободных профессий и т. п. Наступила очередь архивов. Я просмотрел дела наиболее "подозрительных" учреждений, но барон был неуловим. Последняя надежда - газеты. Если удастся найти сообщение о расстреле, то не исключено, что там же упомянут место службы. В крайнем случае по кругу лиц, осужденных со Штейгером, можно будет уточнить хотя бы направление поиска. Но что это за газета? Этого соседи не помнили. Пришлось искать наугад. После просмотра "Правды" за 1935 год осталась еще слабая надежда на "Известия", но никаких следов Штейгере так и не нашлось. Конечно, соседи могли и напутать. А если это 1936 год? Пришлось снова зачастить в библиотеку. Нет. И в этих газетах ничего. 1937-й? Так могло продолжаться до бесконечности, но тайна крепко держала меня в плену. Снова начался просмотр, но вот и эта гора газет растаяла. Осталось лишь несколько страничек 1937 года, когда я увидел:
"16 декабря 1937 года Военной Коллегией Верховного Суда Союза ССР в закрытом судебном заседании в порядке закона от 1 декабря 1934 г. было рассмотрено дело по обвинению Енукидзе А. С., Карахана Л. М., Орахелашвили И. Д., Шебол-даева Б. П., Ларина И. Ф., Метелева А. Д., Цукермана В. М., Штейгера Б. С. в измене Родине, террористической деятельности и систематическом шпионаже в пользу одного из иностранных государств.
Все обвиняемые полностью признали себя виновными в предъявленных им обвинениях.
Военная Коллегия Верховного Суда Союза ССР приговорила Енукидзе А. С., Ка-рахана Л. М., Орахелашвили И. Д., Шебол-даева Б. П., Ларина И. Ф., Метелева А. Д., Цукермана В. М., Штейгера Б. С. к высшей мере наказания - расстрелу.
Приговор приведен в исполнение".

По опубликованным источникам удалось установить, что А. С. Енукидзе, Л. М. Ка-рахан, И. Д. Орахелашвили и Б. П. Шебол-даев были посмертно реабилитированы. Судьба остальных осужденных оставалась неизвестной, поэтому с запросом о Штейгере пришлось обратиться в Главную военную прокуратуру. 18 апреля 1983 г. военный прокурор отдела ГВП полковник В. А. Смирнов сообщил мне, что в отношении Штейгера приговор был оставлен в силе.

Вот оно что. Значит, Штейгер все-таки работал "в пользу одного из иностранных государств". А там считают, что он работал на НКВД. А может быть, барон, как и многие агенты, работал на тех и на других, а убрали его те, кому он скорее попал под горячую руку? В статье заместителя наркома внутренних дел М. Фриновского, помещенной перед приговором, черным по белому было написано "Б. Штейгер - бывший барон...". Значит, все-таки барон. Но откуда он взялся? Какое имел отношение к Булгакову? Где работал?

На земле осталось всего пять-шесть человек, кто мог бы об этом рассказать. Я знал только двух: доктор Н.Е.Андреев из Кембриджа и М.Л.Васильев из Сорбонны (оба слависты, занимались Булгаковым).
- Международная телефонная станция слушает.
- Дайте, пожалуйста, Англию, Кембриджский университет, доктора Андреева... Из квартиры... В кредит...
Через сорок минут:
- Кембридж заказывали?
-Да.
- Видите ли... Там сказали, что доктор Андреев умер...
Та-а-ак. Интересно, сколько лет Васильеву?
- Международная? Мне, пожалуйста, Париж, Сорбонну.
- С кем будете говорить?
- Мишель Васильев.
- Позвоним вам.
Через два часа выяснилось, что Васильев уже шесть лет в Сорбонне не работает и никаких координат не оставил. В Москве никто из булгаковедов о Васильеве ничего не слышал. К счастью, у одного из близких Булгакову людей оказался нужный мне адрес, и я снова заработал телефонным диском.
- Вам Париж? Опять Васильева? Через час позвоним.
Вскоре звонок международной известил меня о том, что никаких Васильевых по указанному адресу не проживает. Оставалось последнее; запросить автора монографии г-на Райта, и в Канаду пошла телеграмма. Вечером я уже нетерпеливо разворачивал бланк с ответом. Есть! Все-таки Париж, но адрес уже другой.
- Международная? Париж, пожалуйста...
- А-а-а, опять Васильева?
- Да. У меня новый адрес.
- А вы не могли бы дать нам сразу все адреса? Мы бы искали...
- У меня больше нету.
- Ну, вы меня радуете. Какой адрес?
- Вам какими буквами, русскими или латинскими?
- Вы же звоните в Париж, а не в Рязань. Латинскими.
- А когда я звонил в тот раз...
- А теперь латинскими.
Кончались первые сутки поисков Васильева, когда международная в очередной раз сообщила: "По указанному адресу не проживает". След барона обрывался, а резервных ходов больше не оставалось. Разве что Французская академия наук? Дойдет ли? Ответят ли? Да и сколько их ждать? Нет. Попробую вот что: дам по последнему адресу телеграмму с просьбой сообщить номер телефона. Дальше-либо почта перешлет куда надо, либо родственники или соседи помогут. Ответ не последовал ни в этот день, ни на следующий, ни на третий. Когда мне стало ясно, что он так и не последует, в дверь позвонил почтальон: "Вам телеграмма с Антильских островов". Это был Васильев.
Промчавшись мимо почтальона, протягивавшего мне какую-то ручку, я схватился за телефон. .
- Международная! Антильские острова, пожалуйста, Гваделупа, номер 590-250-16-80.
- Сейчас соединю. Только... вы знаете, мы тут прикинули... у вас рублей на двести получается...
Представился равнодушный продавец, бросающий мой магнитофон на полку комиссионного магазина, но я повторил твердым настойчивым голосом:
- Антильские острова, пожалуйста.

Через месяц я развернул элегантный залепленный марками и ярлыками конверт и прочел слова Елены Сергеевны Булгаковой, записанные М. Васильевым в Париже 29 мая 1969 года:
"Он родом из Киева, в Москве говорили, что он известный доносчик. Барон Штайгель прообраз барона Майгеля".
Фамилию Штейгера она, видимо, за тридцать лет подзабыла, а вот то, что он родом из Киева - чрезвычайно интересно: ведь Булгаков тоже родом из Киева. Уж не оттуда" ли идет их знакомство? Надо искать корни Штейгера. И корни эти нашлись. По данным 1910-1915 годов коллежский советник барон фон-Штейгер Сергей Эдуардович был предводителем дворян Каневского уезда Киевской губернии, владел поместьем и деревней Стебелевская Николаевка в 562 десятины, жил в Киеве недалеко от Булгаковых на Николаевской улице, дом 5, з гостинице "Коятиненталь". Остается проверить, не учились ли Булгаков и Штейгер в одной гимназии или университете?

Через час я выехал в аэропорт, еще через час вылетел в Киев, еще через час начал перетряхивать гимназический и университетский архивы. Нет. Вместе они не учились.

Еще возможность встречи Булгакова и Штейгера в Киеве была в 1918 году. Тогда в подвале шикарного "Континенталя" на. Николаевской, дом 5, где жили Штейгеры, образовалось кафе ХЛАМ (художники, литераторы, артисты, музыканты). Туда стекалась вся городская богема. В книге "Встречи с прошлым" (выпуск № 4) автор статьи "Киев, 1918 год" Королева пишет, что в ХЛАМе бывали Мандельштам, Эренбург, СМОЛЕЧ, Зозуля, Юткевич, Паустовский, Никулин, Кольцов, Ефимов, Аверченко и другие. В том, что Штейгер туда заглядывал, можно не сомневаться, а вот бывал ли там Булгаков? Может быть, с Паустовским (они вместе учились в гимназии)? А может быть, и сам по себе - ведь к этому времени Булгаковым уже написаны "Недуг", "Наброски земского врача", "Зеленый змий", "Первый цвет". Несомненно, что Булгаков знал о ХЛАМе: вспомните ПРАХ из "Белой гвардии" (ПРАХ-поэты, режиссеры, артисты, художники). Тоже на Николаевской и тоже в "Континентале". Описал он и некоторых завсегдатаев ПРАХа, а один из них, Шполянский, даже жил, как и Штейгер, в "Континентале". Да, очень похоже, что Булгаков бывал там. Но даже если и бывал, то был ли знаком с молодым бароном? Не исключено. Но и не доказано. Например, любезно согласившийся ответить на мои вопросы Борис Ефимович Ефимов тоже бывал в подвале "Континенталя", но ни с Булгаковым, ни со Штейгером знаком не был.

Впрочем, связанный с бароном Майгелем текст "Мастера и Маргариты" определенно указывает на свежие московские события и впечатления Булгакова. Значит, пути их обязательно должны были пересечься и в Москве. Хотя бы, например во МХАТе, где Булгаков работал с 1930 года. Вот что вспоминает бывший мхатовец Сергей Львович Бертенсон, эмигрировавший в США еще в 20-е годы:
-Театр наш пользовался большой любовью иностранных дипломатов, и если посетителем являлся какой-нибудь посол, то в мои обязанности входило угощать его чаем с пирожными в моем кабинете, прилегавшем к директорской ложе, которая предоставлялась "именитому гостю" с семьей. Разговаривая с иностранными дипломатами, я был всегда настороже по следующей причине: их обыкновенно сопровождал специально состоявший при управлении Государственных театров молодой человек по фамилии Штейнгель (бывший барон), прекрасно говоривший по-французски и по-немецки и обладавший хорошими светскими манерами, а неофициально бывший агентом ГПУ. Миссия этого бывшего барона заключалась в том, чтобы следить за всеми разговорами послов с теми из представителей театров, с которыми они встречались, и, если нужно, доносить по начальству о характере разговоров. Предупрежденный о том, кем является Штейнгель, я всегда осторожно взвешивал каждое сказанное мною дипломатам слово и развлекался тем, что называл Штейнгеля "барон", против чего он не только не протестовал, но даже улыбался какой-то подленькой улыбкой.

Сопоставим это с сообщением М.Чудаковой о том, что "19 декабря (1933 г.-Л.П.) сын Елены Сергеевны Женя Шиловский передает ей для Булгакова вырезку из "Вечерней Москвы" - сообщение о том, что американский посол Буллит был на "Днях Турбиных" и записал в книге отзывов: "Прекрасная пьеса, прекрасное исполнение".
Добавим к этому, что, согласно дневнику Е.С.Булгаковой, в середине 30-х годов они систематически бывают у иностранных дипломатов и принимают их у себя, бывают в посольстве и, кроме посла США, знакомы также с послами Франции и Турции. Учитывая, что Штейгер долгие годы не вылезал из дипломатических и театральных кругов, осталось бы только поразиться, если бы они не встречались. Именно это я и сделал - поразился, прочитав в ее дневнике, что, когда Булгаковы уже утром уезжали с приема в одной из посольских машин, "с нами в машину сел незнакомый нам, но известный всей Москве и всегда бывающий среди иностранцев, кажется, Штейгер".
Занятное сочетание: "известный всей Москве" и "незнакомый нам"? Это с ее-то бесчисленными светскими связями?! Это барон-то с его изысканными манерами вперся в машину к незнакомым людям?! Да и ехать им совсем не по пути: Булгаковым от Арбата направо, а Штейгеру от Арбата налево. И как все это увязать с тем, что сцена казни барона была написана Булгаковым еще в конце 1933 года?

Интуиция подсказывает, а опыт показывает, что, когда какой-то вопрос не находит ответа, можно ожидать, что за ним кроется что-то серьезное. В нашем же случае возник целый узел из четырех плотно связанных вопросов, так что подозреваю, мы на пороге нового исследования и нового открытия. А барон...

С бароном Штейгером картина несколько прояснилась после того, как друзья привезли мне из Греции листочек бумаги, на котором был записан рассказ барона Штейгера бывшему личному помощнику министра иностранных дел СССР Боголепову в камере внутренней тюрьмы НКВД, где они вместе сидели.

Штейгер рассказал ему о своей работе в качестве секретного сотрудника НКВД, о характере выполнявшихся им заданий, в число которых, оказывается, входило не только информирование об услышанном и увиденном, но даже фотокопирование секретных дипломатических документов. У нас осталось невыясненным место работы Штейгера и его контакты с Енукидзе (а ведь они проходили по одному уголовному делу). Поскольку и в списках работников управления гос. театрами он не значился, пришлось по энциклопедии, словарям и справочникам устанавливать род занятий лиц, осужденных вместе со Штейгером. Выяснилось, что большинство из них работало в Наркомате иностранных дел, однако барона и там не оказалось. Не значится он и в аппаратах ЦИК СССР, ВЦИК, ВСНХ. Тысячелистные справочники молчали. Нельзя же смотреть вообще все подряд...

Можно! Колонка за колонкой, страница за страницей, том за томом. Это непрофессиональное метание - дело в принципе безнадежное, но я все-таки наткнулся: "Уполномоченный Коллегии Наркомпроса РСФСР по внешним сношениям Штейгер Бор. Серг." Господи, как все, оказывается, просто! Енукидзе - член Коллегии Наркомпроса, Штейгер - его подчиненный.

Теперь все цепочки и узлы связывались;Булгаков, "Мастер и Маргарита", великий бал у Сатаны, барон Майгель, попугаи, посольство США, Штейгер, Енукидзе, Наркомпрос, Чистые пруды, Комиссия по руководству театрами, Большой и Художественный театры, Аркадий Аполлонович Семплеяров... и выстрелы. Жуткая мысль сверкнула вдруг у меня - роковая пуля была "выпущена" Булгаковым за четыре года до гибели барона!

Вот так, спустя много-много лет, спаиваются воедино как будто не имевшие никакого отношения друг к другу звери, птицы, дома, люди и пули...

Ну а что, в самом деле, все уже по уши в юбилее Булгакова, а я ни в одном глазу.
Tags: Жизнь и Литература, это здОрово
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • "Американская история ужасов", 10 сезон

    Н-да, бывали у них провальные сезоны, но так глубоко еще не проваливались. Начинается тем, что писатель-сценарист с семьей едет на зиму творить в…

  • Понравилось

    в (какой-то) рецензии на (какую-то) книжку: "В книге два мира, оба вымышленные".

  • Листая ленту

    ...полюбовалась сперва фотографией Это работа rpstudio, которого я всячески рекомендую - мне посчастливилось найти его в комментариях…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments