October 6th, 2020

Почему лекарство не может стоить миллионы

Мы проводим вечера под ТВЦ-шные дурацкие детективы. Я вышиваю. Муж гоняет дуриков в сетевой игре. Детективы бухтят фоном. Но периодически фон прерывается, в наш уютный мирок, не спрашивая разрешения, врывается чужая беда: они там на ТВЦ повадились собирать деньги на лечение сильно больных детей. Чем дальше, тем более повышенные обязательства берут они на себя - вот уже нужно им 160 миллионов на волшебный укол от спинально мышечной атрофии. Говорят: один укол поставит ребенка на ноги! И так из вечера в вечер, да не по одному разу. Сегодня я сдалась и пошла все-таки читать, что же это за лекарство стоимостью, как годовой бюджет российского районного центра.
Называется препарат золгенсма. Лечат им недавно - с 2019 года. Эффективность под вопросом. То есть если до семи месяцев применить, работает. Ну как работает - строго говоря, он не лечит, он останавливает развитие болезни. Иными словами, это не волшебная таблетка, как рассказывают в телеролике, нифига после нее мальчик не вскочит и не побежит. А то еще и печень угробит. А если ему больше семи месяцев, то лекарство и вовсе не подействует. Об этом рассказывает в специальном интервью профессор Сервэ.
Золгенсма - самый дорогой в мире лекарственный препарат. Конечно, профессора не могли не спросить об этом. Он отвечает:
Collapse )
Профессор исходит только из эффективности препарата. Вот же он говорит: "В досимптомном состоянии эффект от препарата огромный, поэтому вполне нормально, что и цена огромна". Нормально ему.
А мне ненормально.
Какой-то нездоровый цинизм слышится в логике врача: цена препарата не зависит от стоимости разработки или производства, но если помогает, пусть оно стоит миллионы. Лекарство - даже то, которое реально помогает - не должно быть запредельно недоступно, потому что это антигуманно. Неужели неясно?