February 6th, 2019

На блокадные записки Ольги Фрейденберг

(филолог и двоюродная сестра Пастернака-поэта)

Лютый рафинированный экзистенциализм. Поток интеллигентского нытья - я, я, я, я, проклятый сталин, яяяя, мне плохо, я страдаю, яяяяя, проклятые Советы, яяя. Вот вроде и про чужие ("нечеловеческие") страдания пишет (умирала старуха-мать), а только слышится одно "яяя".

Она там все про тюрьму народов (цитата: Стою и думаю о блокаде, думаю новыми думами. Мне становится ясно, что вся блокада была паспортом советского строя. Вы внезапно открываете дверь и видите человека в неубранном естестве. — Все, что пережито в блокаду, было типичным выражением сталинской нарочитой разрухи и угнетения, затравливания человека. Но это было краткое либретто. До и после блокады — та же тюремная метода, разыгранная медленно и протяжно…
Я эти строки пишу почти в темноте. Мне светит история. Я замерзаю. Это даже не блокада и не осада. Это простой обыденный советский день
). А я читала и думала, что нет крепче, нерушимее той тюрьмы, которую человек себе сам строит.